Несмотря на то, что псовая охота была душой русской усадебной жизни, не менее любимой и популярной являлась ружейная охота с легавой собакой, остающаяся одним из основных видов охоты по сей день. Возможно, она уступает псовой по зрелищности, но многие остаются приверженцами именно такой, более интимной охоты, где человек и собака сливаются в единый организм, где наиболее полно проявляются интеллектуальные качества собаки, выдержка охотника, и правит случай. «Трудно определить, что на охоте важнее, ружье или собака. Впрочем, истинно хороший охотник пойдет в болото и с собакой без ружья, но едва ли согласится идти с ружьем, без собаки», — так пишет Лев Ваксель в работе «Руководство для начинающих охотится с ружьем и легавой собакой» 1876 года.
Екатерина II в юности увлекалась утиной охотой и ранним утром с егерем и собакой отправлялась стрелять птиц в тростник на берегах Ораниенбаумского канала. С легавой любил ходить на охоту Николай Некрасов. В романе «Тонкий человек, его приключения и наблюдения» он дает своему псу характеристику: «Раппо — чистый английский пойнтер, уже не первой молодости, но хорошо сохранившийся, — настоящий джентльмен как в домашней жизни, так и на охоте. Он ласков с хозяином, сухо-вежлив с его гостями, не кусает без побудительной причины и никогда ни у кого не лижет рук, чем снискал особенную мою любовь; в лучшем расположении духа он подпрыгивает и легонько стискивает зубами край вашего уха — это его величайшая ласка…». Его любимцу пойнтеру Кадо было позволено вскакивать на стол, пить из хрустальных кувшинов и есть на персидском ковре.
Иван Тургенев мог несколько дней ходить по угодьям, не выпуская ружья из рук, ночевал, где придется, оказываясь у охотничьего костра с разными людьми. Также любил охотиться и Василий Перов, чьи «Охотники на привале» (1877) стали, пожалуй, самой известной охотничьей картиной в русском искусстве.
Произведение Иллариона Прянишникова «Охотник с собакой» 1871 года (Третьяковская галерея) демонстрирует зрителю теплые чувства между человеком и животным. Спартанская обстановка охотничьего домика смягчается диалогом ласкового взгляда хозяина и выраженной в самой позе преданности легавой собаки. Охотник явно дает наставления, которые пес внимательно слушает.
Манера охоты легавой собаки — зрелище эстетическое. Легавая резво обыскивает местность, причуяв дичь, она делает «потяжку»: двигается навстречу запаху, вытянувшись струной, идет мягкой крадущейся поступью. Понимая, что она подошла максимально близко, собака замирает в охотничьей стойке, показывая хозяину, что цель здесь. По команде легавая точным движением поднимает птицу под выстрел охотника и затем приносит ее. Именно изящество охотничьей стойки, ее невероятная пластика, привлекает многих художников и скульпторов. Артемий (Артюр) Обер неоднократно обращался к изображению охотничьих собак в бронзе. С потрясающей точностью переданы повадки легавой в фарфоре Иваном Ризничем, вдохновленным благородством этих собак и красотой самой охоты.