Заказчик иконы Григорий Рупцов, прежде чем поступил в Семеновский полк, служил в потешной Семеновской роте. Создание иконы могло быть связано с военными действиями начала Северной войны. В Нарвском сражении Семеновский полк понес большие потери; после баталии, в конце декабря 1700 года, он был переправлен в Москву, затем занят в Новгороде на крепостных работах и в декабре 1701 года возвращен в столицу.
Весьма вероятно, что заказ на икону с изображением святого покровителя русского войска и новгородских земель был сделан в Москве в воспоминание о военных событиях. Преподобный представлен в пустынном месте, обращенным в молении к Спасу «во облацех».
Лесной пейзаж и образ Христа в лучах света заставляют вспомнить сюжет из жития святого об основании Преображенского монастыря, в котором повествуется, как он увидел свет на месте будущей обители близ реки Волхов. «Лес и чаща велика», упомянутые в тексте, мастерски написаны в «живоподобной» манере. Рядом со статичной фигурой святого «реалистично» трактованный пейзажный фон кажется лишь декорацией. Следуя принятой в конце XVII столетия традиции изображения природы в произведениях царских иконописцев круга Симона Ушакова, Кирилл Уланов отказывается от декоративных лещадок, орнаментализации листвы, но показывает тающие в дымке холмы, оставляет природе ее естественные цвета и формы, выписывая каждую травинку, листики деревьев, мягкие облака. Пейзаж построен из трех планов, постепенно высветляющихся к горизонту.
В верхнем левом углу иконы, вокруг Спаса, в цвет золотистого небесного сегмента изображены полупрозрачные херувимы, напоминающие западных путти.
Величественный и сдержанный художественный язык произведения находит аналогии в ряде памятников русской иконописи и монументальной живописи конца XVII — начала XVIII столетия. Мастер демонстрирует владение «живоподобной» манерой. Миниатюрность техники подтверждает свидетельства о Кирилле Уланове как о лучшем иконописце-«мелочнике» царских мастерских.
П. В. Западалова // Осень русского Средневековья. СПб. 2018. С. 87.
Надпись золотом слева от фигуры святого: «Написася сей с(вя)тый образ 1701г(о) по обещанию Семеновского полку полкового писаря Григория Иванова с(ы)на Рупцова». Ниже белилами: «Писал Кирилл Оулановъ»
Реставрирована в ГРМ в 1997 А. И. Васильевым
Биография автора
Уланов Кирилл (Корнилий)
? – ум. 1731, Кривоезерская пустынь близ Юрьевца Поволжского
Уроженец костромских земель. Поступил в Оружейную палату, как гласит его челобитная, в 1688 году.
Иконы Кирилла отличались нежностью движений, лиричностью, душевностью, смягченным изяществом форм и высочайшей одухотворенностью. Уланов славился своим миниатюрным письмом, потому расписывал в 1693 году минеи для царицы Натальи Кирилловны. В 1694 году для иконостаса Покровского храма в Филях пишет две иконы «Успения Богоматери с 12-ю клеймами Сказаний об Успении» и раму от иконы с «Историей Спаса Нерукотворного образа». После переезда царского двора в Петербург, царских заказов не поступало.
К началу XVIII столетия, когда Петр основывает новую столицу и покидает Москву, работы для изографов Оружейной палаты уже нет. В 1701 году в ее штате числилось только двое иконописцев — Кирилл Уланов и Тихон Филатьев, но и им обоим приходилось жить частными заказами. Уланов пишет иконы в московские приходские церкви — Николы «Большой крест», «Похвалы Богоматери» в Башмакове, Власия во Власьевском переулке.
Переселившись в 1680-е годы в столицу, Кирилл Уланов сохранял связи с земляками и, когда деятельность царской мастерской стала угасать, вернулся в родные края. Он перебрался в Троицкий Кривоезерский монастырь близ города Юрьевца Повольского, где продолжал работать как иконописец, приняв в 1709 году монашеский постриг под именем Корнилий, а в 1714-м и посох игумена. После того, как Кирилл Уланов стал монахом, а затем и игуменом Корнилием, появились его иконы «Сошествие Христа во ад» 1713 года и «Вседержитель» 1728 года. Икону Пантократора мастер писал за несколько лет до своей кончины в 1731-м. Он был похоронен в правом приделе Троицкого собора Кривоезерской пустыни в честь Знамения Пресвятой Богородицы, близ западной стены.
Хотя деятельность царских иконописных мастерских была прервана, покинув Москву, Кирилл Уланов продолжал следовать их иконографическим и стилевым заветам. В сопоставлении с достижениями русского искусства второго и третьего десятилетий XVIII века его поздние работы представляются архаичными. Какими бы натуралистическими ни были отдельные детали в его произведениях, Кирилл Уланов никогда не становился сторонником сильного сближения иконописи с живописью.
