Коллекция футуристической книги Русского музея формировалась постепенно на протяжении ХХ века. Одни группы произведений поступили в музей в составе частных коллекций, другие приобретались или принимались в дар от владельцев целенаправленно. На сегодняшний день в музее сложилось достаточно полное в своем многообразии собрание, на примере которого можно проследить основные тенденции и последовательность развития футуристической книги в России. Бoльшую часть собрания составляют литографированные книги футуристов — результат смелого полиграфического эксперимента, упразднившего главное звено книгопечатания — типографский набор 1. Здесь представлены произведения ключевых фигур русского авангарда — Михаила Ларионова, Натальи Гончаровой, Ольги Розановой, Давида Бурлюка, Николая Кульбина, Павла Филонова и других. Екатерина Климова. Футуристическая книга // Наш авангард. СПб, 2025. С.336.

<...> Одним из ключевых моментов революционных преобразований футуристов в процессе книгоделания стали эксперименты с типографским набором. Они использовали разноразмерные литеры в словах и строках, в результате даже наборный текст превращался в изобразительную композицию, и наряду с сутью написанного влиял на восприятие читателя. С точки зрения футуристов ровные одинаковые буквы («обиженные, подстриженные <…> бесцветны и серы») лишали слог поэта графической индивидуальности 7. В своих манифестах футуристы поднимали темы о звуке и его графическом выражении, о графике печатного и рукописного слова как добавочном выразительном средстве, о соответствии начертания слова его звучанию 8. Поэтому логично, что следующим шагом футуристов в процессе создания книги стали полностью литографированные издания, в которых все тексты были написаны от руки. Одним из ярких примеров такого издания является «Мирсконца» со стихотворениями Алексея Крученых, в написании и иллюстрировании которых приняли участие художники Михаил Ларионов, Наталия Гончарова, Владимир Татлин и Николай Роговин. От страницы к странице одна рука сменяет другую, каждая с индивидуальными, неповторимыми графикой и ритмикой почерка. Тексты перемежаются с рисунками, они вплетены друг в друга, становясь неразрывной, единой композицией: «Нет это не стихи. Это рисунки; в них преобладает графика, но графика буквенная, несущая с собою в качестве аккомпанемента ощущение звучаний и наросты ассоциаций, сопряженных с речезвуками» 9. Сам Крученых писал: «Очень важно, что в книгах „Взорваль“ и „Мирсконца“ и т. д. был трепет. Взрыв, который появился не только в построении фраз, строк, но и во взорвавшемся шрифте» 10.

Алексей Крученых был одним из инициаторов, теоретиков и вдохновителей создания книг самописного типа. Поэт, художник, издатель — он объединил вокруг себя многих представителей русского авангарда: Михаила Ларионова, Наталию Гончарову, Казимира Малевича, Ольгу Розанову, Николая Кульбина и других. С. 338.

 Издания с их участием, выпущенные организованным им издательством «ЕУЫ», стали одной из важнейших и наиболее оригинальных форм нового искусства, созданных русскими авангардистами. Также ему принадлежит изобретение литературного приема под названием «заумъ» или «заумный язык», первое стихотворение на котором «Дыр бул щыл…» было опубликовано в 1913 году в сборнике его стихов под названием «Помада». Иллюстрации для этой миниатюрной книги создал Михаил Ларионов. В них отразились приемы, заимствованные художником из народной лубочной традиции — литографированные картинки вручную раскрашены цветной акварелью намеренно небрежно, выходя за контуры фигур. Ларионов изучал, пропагандировал и вдохновлялся первобытным и народным творчеством во всех его проявлениях. Лубок, народное изобразительное искусство, иконы, вывески, даже заборные рисунки военных казарм — во всем он видел акт творчества и опирался на эти формы, вырабатывая свой образно-пластический стиль, который характерен для его примитивистского периода. Однако выход этой книги совпал с трансформацией его художественного почерка, в момент перехода от примитивизма к теории и практике лучизма. Часть иллюстрации сборника представляют собой лучистские опыты, которые Ларионов продолжал и в других изданиях, в частности «Старинная любовь. Бух лесиный» и «Полуживой». В последний входит знаменитый «Лучистский портрет», изображающий Алексея Крученых. Представленные в собрании Русского музея сборники «Старинная любовь», «Помада», «Полуживой» являют собой определенный тип футуристической книги который станет основой для развития и вариаций многих его последователей 11. С. 339.

<...> Издательская деятельность футуристов оставила большое наследие, в которое входят также и почтовые открытки с композициями, созданными по мотивам станковых произведений художников-футуристов и их портретов. Производство открытых писем и являлось одной из форм распространения идей и пропаганды эстетики авангарда. Инициатором этого вида деятельности стал Алексей Крученых, который привлек к ней Наталию Гончарову, братьев Михаила и Ивана Ларионовых, Владимира Татлина, Александра Шевченко и Николая Роговина. Русский музей обладает значительным собранием открытых писем, изданных Крученых. Показательно, что почти все они происходят из собрания Федора Нотгафта — секретаря объединения «Мир искусства», создателя издательства «Аквилон» и сотрудника Эрмитажа, то есть представителя «враждебного» футуристам мирискуснического лагеря. Этот факт свидетельствует о том, что и оппоненты сумели оценить и признать созидательную роль деятельности футуристов. С. 342.

1 Ковтун Е.Ф. Русская футуристическая книга. М., 1989. С. 5.

6 Ковтун Е.Ф. Указ. соч. С. 74.

7 Там же.

8 Там же.

9 Там же. С. 79

10 Крусанов А. Русский авангард. М., 2010. Т. 1. С. 617.

11 Ковтун Е. Ф. Указ. соч.