Коллекция Государственного Русского музея

1626, Москва — 25 июня 1686, Москва

Троица Ветхозаветная

Царские мастерские. 1671

  • Дерево, левкас, темпера. 123 x 89,2
  • ДРЖ-2147

  • Пост. в 1925 из ГМФ; ранее — в церкви Воздвижения Креста в Таврическом дворце в Санкт-Петербурге


Образ Троицы Ветхозаветной воплощает основополагающий догмат христианской религии, согласно которому Бог един в трех Лицах – Отца, Сына и Святого Духа.

В Ветхом Завете повествуется о том, как столетнему праведному старцу, праотцу Аврааму, явился Бог в виде трех странников-ангелов. Авраам и Сарра угощают путников под дубом Мамврийским. Ангелы предрекают им рождение сына Исаака.

Художник стремился избавиться от условных канонов иконописного изображения, достичь объемности, телесности фигур и лиц. Перспективное построение композиции напоминает архитектурные фоны картин эпохи Возрождения. Здесь формы "палат" напоминают картины П. Веронезе, а иконография восходит к рублевской "Троице". Однако это произведение не несет той высокой одухотворенности, что была присуща созданиям Андрея Рублева. Ангелы здесь выглядят вполне живыми существами, а стол с чашей – символ таинства жертвы искупления – превратился в обычный натюрморт.

Уникальная особенность иконы состоит в изображении ордерных палат. Вопрос об их иконографическом источнике был отчасти решен Н. П. Сычевым, указавшим в качестве их опосредованного прообраза архитектурные фантазии на картине Паоло Веронезе «Пир у Левия-мытаря» (Галерея Академии, Венеция). Городской вид в правой части полотна связан с портиком на иконе Русского музея через промежуточные иконографические звенья. Вероятно, в их числе была гравюра из иллюстрированной Библии Мериана, в которой на листе с пророком и царем Давидом, играющим на арфе, на дальнем плане видна аналогичная «ведута».

В колорите иконы гармонично сочетаются белый, красный и бежевый, коричневато-зеленые и темно-зеленые, золото и серебро, обогащенные сиреневым и красным лаками. Важную роль играют розовый и лиловый, использованные в живописи одеяний и крыльев ангелов. Сами крылья производят необычное впечатление благодаря «живоподобной» трактовке перьев со стержнем и бородками, прописанными золотом или серебром, а также отсутствию подпапоротков. Такое изображение крыльев можно встретить и в других работах Симона Ушакова, например на Царских вратах 1672 года из соборного храма Чудова монастыря (ГММК). Наряду с белыми палатами, виднеющимися в проеме арки, и белой скатертью самыми светлыми пятнами в композиции являются лики в обрамлении пышных мягких кудрей. В волосы ангелов вплетены тонкие розовые ленты. В узнаваемой ушаковской манере написаны глаза и губы небесных вестников. За счет многослойного письма Симон Ушаков достиг впечатления трехмерности формы, рельефности объема. При этом каждому ангелу придан индивидуальный облик.

У нижней границы средника по центру белилами надпись: [В лето от Адама 7180, от Рождества Христова 1671, октября 16, радением царского мастера именем Пимен Федоров, по прозванию Симон Ушаков, в граде Москве. Тщанием и коштом Николая Евстафиева Николеты] (приведена в переводе Б. Л. Фонкича). Вторая надпись на русском языке: «За упокои схимника Филарета, схим(ника) Савватия, схим(ника) Сергиа».

Раскрыта в 1926–1927 в ГРМ И. Я. Челноковым, в 1936 Я. В. Сосиным.

Симон Ушаков неоднократно обращался к теме Ветхозаветной Троицы, однако до нашего времени дошла лишь одна крупная икона его работы с таким изображением. Второе монументальное произведение на эту тему он написал в 1677 году совместно с Никитой Павловцем (МГОМЗ).

Показать полный текст
Скрыть полный текст

Схожие между собой облачные клейма с композицией «Ветхозаветная Троица», весь фон которых покрыт золотыми горизонтальными штрихами, имеются в верхней части икон Симона Ушакова «Преподобный Макарий Унженский» (1661, НГИАМЗ) и «Великомученик Георгий» (1677, Национальный музей Грузии). Все четыре изображения Святой Троицы объединяет принадлежность краткому изводу иконографии: кроме трех ангелов здесь не представлены никакие дополнительные персонажи.

Композиционные особенности «Святой Троицы» 1677 года и аналогичного образа кисти Ильи Филиппова 1673(?) года (ПГХГ) позволяют говорить о сознательном обращении мастеров Оружейной палаты к иконографии почитаемой и приписываемой Андрею Рублеву иконы из Троицкого собора Троице-Сергиева монастыря. Они не совпадают с ней по размерам, но сходство композиций — взаимное соотношение поз и жестов трех ангелов, общее решение контуров их одежд, крыльев и жезлов, формы палаты на дальнем плане, очертаний стола, подножий и сидений, наличие на столе только одной чаши — убеждает в верности такого предположения. В сравнении с иконами 1673 (?) и 1677 годов рассматриваемый образ в меньшей степени похож на знаменитый протограф.

 


«Виртуальный Русский музей» в социальных сетях: