В отечественном искусстве рубежа XIX и XX веков в активно развивается купеческий портрет, приобретающий черты светского. Свои изображения крупнейшим художникам современности (В. А. Серову, К. А. Коровину, К. А. Сомову, А. Я. Головину, Б. М. Кустодиеву, Ф. А. Малявину и другим) заказывают в это время видные заводчики и фабриканты.
В более частых, чем прежде, женских портретах особенно сказалось представление о меняющемся облике купеческой среды. Если вальяжная, самодостаточная Наталья Васильевна Сокурова, жена купца, потомственного почетного гражданина, в портрете кисти Сергея Зарянко самой позой, одеждой и даже выражением лица несет черты своего сословия, то изображенную Иваном Крамским интеллигентную и сдержанную Софью Сергеевну Боткину, жену чаеторговца, собирателя отечественной и зарубежной живописи, уже трудно принять за купчиху.
В изящном светлом туалете с изысканными драгоценностями и веером в руке предстает на своем портрете работы Павла Плешанова Софья Ивановна Буренина, богатая купеческая вдова, владелица лавки в столичном Гостином дворе, покорившая сердце одного из Романовых.
Особое место тема купечества, русского, по преимуществу провинциального, заняла в живописи и графике мирискусника Бориса Кустодиева. В обобщенных образах своеобразных портретов и жанров, написанных по воображению на основе знания реалий жизни, художник создал особый, беспроблемный идеальный мир, лишенный социальных противоречий, зла и стяжательства. Он отразился в ярких и звучных по цвету, полных неомраченной радости полотнах, созданных в годы Первой мировой войны, — «Купчиха» (1915) и «Масленица» (1916). Их герои были запечатлены на фоне, казалось, вечного и неколебимого миропорядка. А осенью 1917 года грянула революция, затем началась Гражданская война, и появившиеся из-под кисти в это время неизлечимо больного мастера холсты «Купчиха за чаем» (1918) и «Купчиха с зеркалом» (1920) с вальяжными, румяными, сытыми, никуда не торопящимися, со вкусом живущими героинями уже воспринимались как «ретроспективные мечтания», почти как некогда, в начале ХХ века, «маркизы» Александра Бенуа и Константина Сомова.