Мировая слава пришла к Баксту вместе с «Русскими сезонами» Сергея Дягилева в Париже и труппой Ballets Russes. В начале XX века Лев создавал декорации и балетные костюмы для Михаила Фокина, а в 1909 году окончательно закрепился в Европе как один из главных реформаторов сценографии.
Его оформление «Шехеразады», «Клеопатры», «Дафниса и Хлои», «Нарцисса» представлено вызовом привычному театру: плоскостные орнаменты вместо «правдоподобных» интерьеров; насыщенные восточные колориты, ломавшие пастельную европейскую палитру; условные помещения, где декорация сохранилась на равных с музыкой и пластикой.
Критики отмечали, что после спектакля Бакста европейская публика утверждала, что по её ощущениям, она побывала внутри картины — настолько сильно цвет и форма воздействовали на зрителя. Эффект был настолько велик, что мода начала XX века стала подражать сценическим костюмам. В нарядах стали проявляться восточные мотивы и свободные силуэты. А имя Бакста стало знаком роскоши и экзотики.
