За эту картину в 1836 Иванов получил звание академика. В начале 1836 Иванов показал картину в Риме, в мае 1836 отправил в Ливорно, оттуда – морским путем в Россию (Иванов 1880, с. 88, 90). В сентябре 1836 картина прибыла в Петербург и тогда же с большим успехом экспонировалась в ИАХ. В том же году за эту картину ОПХ продолжила выплату Иванову пенсиона на два года. Картина была поднесена Николаю I, и в 1843 художнику было заплачено за нее 1500 рублей серебром. Русский музей. Живопись. Первая половина XIX века (А-И). СПб. 2002. С. 202.

Картина была пенсионерским отчетом художника в ОПХ о его пребывании в Италии. В мае 1836 она была послана в Санкт-Петербург, где экспонировалась на выставке ИАХ и получила очень высокую оценку. Последняя, в частности, выразилась в том, что Иванов получил звание академика без назначения для этого особой программы, а ОПХ поднесло картину в дар императору Николаю I. Художнику удалось создать совершенное академическое произведение, в котором великолепие классицистического канона обогащено опытом, приобретенным при непосредственном знакомстве с живописью итальянских мастеров Высокого Возрождения. Русский музей. От иконы до современности. СПб. 2015. С. 143.

В соответствии с правилами, принятыми в Академии художеств, композиция напоминает скульптурную группу. Однако в картине преодолены обычные академические скованность и холодность трактовки. Наиболее выразительно лицо Марии, в нем передано сложное эмоциональное состояние женщины — следы печали, удивление, даже испуг, и слезы радости и восторга. Для достижения своей задачи художник предлагал натурщице припомнить все свои беды, затем, утешая, он смешил ее и держал перед ней луковицу. «Полные слез глаза, с улыбкой на устах, давали мне совершенное понятие о Магдалине, увидевшей Иисуса». Лицо Христа контрастирует с образом Марии спокойствием и сдержанностью, жест его руки выражает запрещение прикасаться к нему.

Картина была многократно гравирована и литографирована.