Успенский Глеб Иванович (1843–1902) — писатель, журналист, близкий к народничеству.

Выполненное в 1907 году надгробие было установлено в 1909 на Литераторских мостках Волковского кладбища в Петербурге. Скульптор Леонид Шервуд. К 150-летию ко дню рождения. СПб. 2022. С. 30.

На выставке 1906 года был показан «Бюст пр[офессора] С. М. Васильева», через два года переведенный в бронзу, а в 1908 году — «Монумент бюст Глеба Успенского». Оба памятника благополучно сохранились (одно на петербургском Новодевичьем кладбище, другое — на Литераторских мостках Волковского кладбища). Выполненная в тонированном гипсе полуфигура писателя и журналиста Глеба Ивановича Успенского (1843–1902), поступила в Русский музей в 1958 году от наследников Шервуда. Ранее она традиционно датировалась 1904 годом, что опровергается архивными документами, в первую очередь, письмом скульптора сыну писателя Александру Успенскому, которое датировано 7 ноября названного года: «Многоуважаемый Александр Глебович. Я хотел бы теперь приступить к исполнению бюста Глеба Ивановича, заказанного Вами. Но положение мое таково, что для исполнения этой работы мне надо на три месяца по двести руб., т. е. стоимость модели бюста в гипсе будет стоить 600 р. кроме уплоченных Вами 50 руб. за эскиз памятника». Последний был показан на выставке нового общества художников в 1905 году.  Второй документ из архива Глеба Успенского относится к 20 июля 1909 года, когда дети писателя в последний раз пытались убедить Шервуда в необходимости «изменения руки у бюста отца». Они считали невозможным «изображать его на кладбищенском памятнике, по ту сторону житейских мелочей, с папиросой в руке». Между тем скульптор остался при своем мнении и позднее рассказывал: «Изучив характер Г. И., я был поражен его сосредоточенностью в работе. Он обычно сидел на кровати, поджав ноги, и целыми днями воочию представлял себе действующих лиц своих рассказов, причем беспрерывно курил. Этот образ Г. И. и лег в основу моей композиции памятника. Однако, связать этот бытовой облик Г. И. с его больной психикой, с его необыкновенными глазами, полными любви и сострадания к людям было для меня труднейшей задачей». Елена Карпова. Леонид Шервуд: первые десятилетия творческого пути // Скульптор Леонид Шервуд… СПб, 2023. С.6-7.

Открытие памятника состоялось 14 ноября 1909 года. Этому событию были посвящены многочисленные статьи в периодике. Одна из них сопровождалась фотографией, напечатанной на обложке ноябрьского номера журнала «Кривое зеркало» (см. фото). От большинства как старых, так и современных изображений надгробия Глеба Успенского эта фотография отличается присутствием небольшого барельефа на верхней части камня, служащего пьедесталом для полуфигуры. В этом изображении мы неожиданно узнали экспонат из фонда скульптуры Русского музея. Он поступил в 1956 году из мастерской Шервуда и значился в документах «Кайгородов». В каталог собрания ГРМ, изданный в 1988 году, барельеф вошел как «Портрет естествоиспытателя Дмитрия Никифоровича Кайгородова». Между тем в ходе работы над каталогом выставки ошибочность этого определения стала очевидной. Обнаружение вышеназванной журнальной фотографии, а также сведений из публикаций об открытии памятника со всей очевидностью показало, что в барельефе запечатлена вдова писателя Александра Васильевна Успенская (1845–1906). Эта неожиданная находка существенно обогатила историю известнейшего произведения Леонида Шервуда, которое традиционно ставится «в ряд лучших произведений мемориальной скульптуры начала XX в.»  Там же. С. 6-7.