По кайме вышита вкладная надпись: «При державе благочестивых и христолюбивых великих государеи и цареи и великих князеи Иоанна Алексеевича Петра Алексеевича и христолюбивые великие государыни царевны и великие княжны Софии Алексеевны всея великия и малыя и белыя Росии самодержцев сестра их великих государеи благочестивая и христолюбивая великая государыня и царевна и великая княжна Мария Алексеевна велела зделать сии покров на гроб идеже лежит святое и чюдотворное тело преподобнаго богоносного отца нашего Иосифа Волоколамского чюдотворца. Лета 7195».

Согласно вкладной надписи, покров был положен на раку святого в Успенском соборе Иосифо-Волоколамского монастыря в 1687 году царевной Марией Алексеевной, дочерью царя Алексея Михайловича. Дача покрова в монастырь совпадает со временем правления царевны Софии (1682–1689), почему имя ее и упомянуто в надписи. Мария Алексеевна, шестая дочь Алексея Михайловича от брака его с царицей М.И.Милославской, отличалась набожностью и благотворительностью, известны ее вклады и в другие монастыри Руси.

Как и на предыдущем надгробном покрове (ДРТ-295), преподобный Иосиф изображен «лицем благообразен», седовласым плешивым старцем с большими, широко раскрытыми глазами, недлинной округлой бородой, со сложенными на груди руками. Чудотворец облачен в традиционную монашескую одежду, однако спускающийся спереди аналав украшен не только обычными крестами, но и большой по размерам голгофой, что, по-видимому, было отличительной особенностью его портретных образов. Оба изображения преподобного Иосифа свидетельствуют, что уже к середине XVII века его иконография полностью сложилась и отличалась довольно устойчивым характером. С погребальным характером первого шитого портрета, к которому восходили все последующие покровы, по-видимому, связана необычная черта памятника — крестообразно сложенные, как у покойника, руки. Судя по художественному уровню и виртуозной технике шитья, покров, скорее всего, был заказан в «царицыных светлицах» Московского Кремля. Именно для произведений московской царской мастерской были характерны тонкость и мастерство стежка, шитье разноцветными шелками «в раскол» и «в прикреп», искусность наложения золотных и серебряных нитей, высокий уровень исполнения ликов, шитых песочным шелком «атласным швом» по форме с тенями. Столь же виртуозным исполнением отличались под иглой царских мастериц преподобнические ризы. Ирина Шалина // Святые земли русской. Электронный каталог. СПб, 2010. С. 263.

Л И Т Е Р А Т У Р А : Древнерусское шитье. С. 99–100. № 177; Шалина 2008. С. 218–219 (при описании покрова использованы данные каталога шитья, составленного Л.Д.Лихачевой: Рукопись в ОДРИ ГРМ. № 238).

Преподобный Иосиф Волоцкий

Выдающийся церковный деятель конца XV – начала XVI века, ревнитель православия и духовного просвещения, основатель и игумен Успенского Волоколамского монастыря, знаменитый писатель-публицист, преподобный Иосиф Волоцкий (в миру Иван Санин, 14 ноября 1439 — 9 сентября 1515)) уже при жизни получил широкую известность и почитание. Около 1459 года он принял монашество в Боровской обители, возглавлявшейся в те годы Пафнутием Боровским, и после его смерти занял место игумена, однако вскоре покинул ее и основал во владениях Бориса Волоцкого новый монастырь во имя Успения Богоматери (1479), ставший в ХVI веке одним из крупнейших на Руси центров религиозной и культурной жизни. Как настоятель и игумен, преподобный Иосиф прослыл выдающимся организатором и устроителем общежительного жития. Духовный и политический авторитет Иосифа был столь велик, что в стенах прославленного уже при его жизни Волоколамского монастыря, несмотря на строгость устава, «равного для всех», стремились постричься многие из его последователей: здесь в XVI веке духовно возросло двадцать высших иерархов Русской Церкви, в том числе и митрополит «всея Руси» Даниил.

Среди произведений, созданных писателем и богословом Иосифом Волоцким, особую известность получил его догматический труд «Просветитель». Хорошо известны его полемические сочинения и переписка с князьями, русскими подвижниками и художниками. Преподобный был собирателем преданий о русских монастырях, подвижниках и иконописцах. Широкой известностью пользовались эстетические взгляды преподобного - тонкого ценителя иконного письма и инициатора богатого художественного украшения храмов.

Иосиф Волоцкий был непримиримым борцом с распространившейся на Руси в конце ХV веке новгородско-московской ересью, вел спор с «заволжскими старцами» по вопросам монастырского землевладения, защищал богатство монастырей, великолепное убранство храмов, украшение их иконами. Сторонник сильного централизованного государства, преподобный стал одним из первых русских идеологов теократического происхождения самодержавной власти. Русскую Церковь он считал единственной преемницей и носительницей древнего благочестия. Поскольку взгляды Иосифа Волоцкого как нельзя точно отражали исторический процесс возвышения самодержавной Москвы, он пользовался особой поддержкой и любовью великого князя Василия III, видевшего в игумене Успенского монастыря важнейшего идеолога эпохи. В столице и в самом монастыре среди учеников и единомышленников преподобного Иосифа сформировалась сильная партия его последователей - «иосифлян», с деятельностью и именем которых связана целая эпоха политических и идейных взглядов русского монашества.

Согласно Волоколамскому патерику, чудотворец скончался 9 сентября 1515 года в возрасте семидесяти шести лет и был похоронен с южной стороны алтаря возведенного им Успенского собора. Рака располагалась в небольшом каменном приделе, служившем погребальной часовней. Традиционный надгробный комплекс свидетельствовал об очень раннем местном почитании основателя. На это указывают и созданные вскоре служба (стихиры и канон), Житие и похвальное слово преподобному Иосифу, читавшиеся над его ракой. Однако, несмотря на стремление монастыря, активно поддерживаемого великим князем, как можно скорее причислить своего основателя к лику святых, этого не произошло даже на известных Макарьевских соборах середины века по канонизации «новых чудотворцев». Энергичные противники взглядов и деятельности Иосифа, особенно его жестокого отношения к еретикам, требовавшего для них мучительной смертной казни, политики стяжания монастырских богатств и церковных земельных владений, непримиримых отношений с новгородским архиепископом, активно сопротивлялись «соборному утверждению» преподобного в лике святых. Только в 1578 году в монастыре было установлено местное празднование памяти святого, а в 1591-м произошла его общерусская канонизация.

Примечательно, что иконография Иосифа Волоцкого складывалась не в иконных образах, а в шитых покровах, предназначенных для возложения на крышку его раки (ДРТ-307, ДРТ-295). Значительное их число в монастыре фиксируют описи имущества начиная с 1545 года. В основе портретного образа чудотворца лежали еще живые впечатления современников. Его яркая индивидуальность и запоминающийся облик отразились даже в каноническом тексте похвального слова Досифея Топоркова: «В нем же бяше любовь нелицемерная, Авраамово страннолюбие, Яковле незлобие, Иосифово целомудрие, Иевле терпение, Моисеево милование, Давыдова кротость». Преподобный Иосиф, по воспоминаниям своего племянника, был среднего роста, «лицем благообразен, по древнему Иосифу, браду имея окружену и должною мерну, тогда темнорус, в старости же сединами сияя, в сретении весел и благоуветлив, и немощным сострадателен…» (Досифей Топорков. Надгробное слово... С. 25, 15).

Первое упоминание о пядничной иконе преподобного Иосифа Волоцкого, представленного в молении перед образом Спасителя, встречается в описи 1572 года, еще до официальной местной канонизации. В последующие годы образов такого типа становится намного больше. К концу столетия складывается еще одна композиция, впоследствии ставшая характерной для иконографии волоцкого чудотворца: предстояние его перед образом Богородицы, обращенной с молитвой к Сыну. Такие небольшие изображения, писавшиеся в монастыре и по его заказу для украшения монастырских храмов и поднесения гостям обители, были очень распространены и в последующие столетия, о чем свидетельствует икона из ГРМ (ДРЖ-269).

Монументальный «портретный» образ преподобного Иосифа, поставленный у его раки, появился в монастыре в годы местной канонизации основателя (ныне — в ЦМиАР). Поясное изображение святого, представленного фронтально, со скрещенными на груди руками, в монашеской рясе, перетянутой поясом, в мантии и лежащем на плечах куколе, соответствует шитым образам Иосифа на его лицевых покровах. Ирина Шалина // Святые земли русской. Электронный каталог. СПб, 2010. С. 260-261.

Рест. до поступления в музей (в XIX веке переложен на зеленый бархат и того же цвета атласную подкладку, под поземом подложена полоса нового черного бархата; древняя жемчужная обнизь утрачена), повторно в 1937 в ГРМ